July 2nd, 2010

(no subject)

По женской части я вообще-то не очень. Хило. На троечку, с натяжкой. Но понимаю, что женщины (да и мужчины, наверное) бывают разными. Одних хочется ухватить за выпирающие места и оттрахать немедля. От некоторых надо бежать без оглядки. Есть такие, с которыми дружить душа тянется, разговаривать подолгу, иногда это выходит на нечто большее, иногда – нет, да это в данном случае и не важно. Есть ещё категория, представители которой вообще не вызывают никаких эмоций. А есть такие… к ним хочется приближаться медленно и трепетно, затаив дыхание, чтобы не спугнуть. А если спугнёшь, и не получится - то никакой ревности, лёгкая светлая грусть, да и только.
Так вот. Лена была из этой категории. Магнетическое что-то. Я с ней по работе в этой конторе, где она была в штате, и куда я приехал в командировку, говорил помногу, но не покидала мысль, что не о том говорим-то! Вот я и начал приближаться. Сначала притронулся к ней в столовой, случайно как бы. Потом – в лифте. «Она улыбается всем –нет, только тебе». На улице вроде бы невзначай встретил. Гуляли долго. Сумерки, цветочный запах, тёплая мягкая рука, трёп о чём и ни о чём.
Две недели пролетели, как один день.  
На работе все вели себя сугубо на официальной ноте. Все боялись какого-то Трубникова. «Тут не курите, нельзя – Трубников». «Занимайтесь делом, не то – Трубников». «Наведи у себя порядок на столе, а то сам знаешь - Трубников» И т.д.
Трубников был пожилой желчный мужик, зав. сектором. И местный борец за чистоту нравов, по совместительству. Ко всем цепляется, как репей. Я как-то встал за ним в очереди столовой. И тут подходит некая дама, не из их сектора, и негромко так, но членораздельненько, чтоб окружающие слышали  и сочувственненько  шепчет ему  на ухо: «Трубников! Ленку-то опять застукали в парке в извращённой позе неизвестно с кем. Трое или четверо их было. Всех обслужила в лучшем виде. Ох, выгонит её твой Лёнька!».
Ситуация прояснялась. Трубников – её свёкр! И память услужливо подсказала: в большом общем кабинете, где она работала, столик с табличкой «Елена Трубникова», я как-то раз случайно глазом зацепил. В этом кабинете-то я толком ни разу и не был, только в день приезда и отъезда обязан был придти, командировку закрыть. Работали мы в другом помещении, Лена была как бы прикомандирована ко мне, местным порядком. Впечатление было не то чтобы ревность, а так, детское, но ещё более оттого обидное: обманули дурака на четыре пятака.
Эх, Лена, Лена , Лена… А обидно. Да что уж. Как в душу насрали. В пыль растёрли. Прощаться после того, о чём узнал, не хотелось. Тем более – выяснять отношения.  Но и уйти просто так нельзя было.
Пусть там в парке всё что угодно было – я не видел. Это не моё дело. То, что у меня лично с ней было – меня касается, а остальное нет. Купил здоровенный букет роз и пришёл в последний день командировки в их контору пораньше. Прошёл в большой общий кабинет, установил его на столе с табличкой «Елена Трубникова». Вышел. Жду. Подсматриваю. И подслушиваю. Дверь у них стеклянная, коридор длиннющий, но чуть в сторону закуток есть. В общем, видно этот столик, и тот, что рядом, тоже. И слышно, если напрячься. Первой заходит Лена и садится … за столик рядом, как ни в чём ни бывало! С интересом и улыбкой смотрит на букет. За ней следует рослая густо крашеная девица, и усаживается за столик «Елена Трубникова»!!! Моя Лена ей так небрежно, в сторону глядя, говорит, на столике что-то теребя:
- Лена, командировочный-то не приходил?
- Нет.
- А цветы - тебе? От кого?
- Шут его знает, от кого. Наверное, мне, если у меня стоят.

Жизнь прекрасна и удивительна! Верно?
 


(no subject)

На Ленинском проспекте (СПб) увидел кафе. Готическими буквами выведено название: "Старый фарш". Занятно, думаю. Увлекательно. Фарш - это ещё куда ни шло (кафе ведь!), но почему старый-то?! Фарш - это ж не коньяк, он от старости лучше не делается. Надо, думаю, зайти. Там, наверное, специфичная кухня для любителей тухлятины. Надо попробовать. Подошёл поближе - оказалось всё банально. "Старый форт". В готическом шрифте "а" и "о" похожи, а "т" - на "ш"  смахивает сильно. В кафе не пошёл